- Докладывай. В двух словах.
- Жив. Ходит на работу. На что-то надеется.
- На что?
- Трудно сказать. Два раза я показывал ему счастливый сон - не видит. Говорит, что устает на работе.
- А что на работе?
- Да как у всех. Начальство. Суета. Курилка. Слухи.
- Начальство суровое?
- Да начальство как начальство. Такое же как везде. Боится он его почему-то...
- Страхи отгонял?
- Само собой. Еще по дороге к офису. Крыльями размахивал над головой. Облака даже разгонял. Пришлось крылом по уху съездить - чтоб солнышко заметил.
- А после работы?
- Магазины. Телевизор. Помыть посуду. Интернет. Сон.
- Телевизор ломал?
- Конечно. Новый купил зачем-то...
- Интернет отключал?
- Пять дней подряд. Он просто стал торчать на работе. До позднего вечера. У них так можно.
- Так, а выходные?
- Сон до обеда. Уборка квартиры. Вечером - друзья. Бестолковые разговоры. Водка. Домой за полночь. Утром с головной болью под одеяло. Или к телевизору. Или к компьютеру.
- А она?
- Совсем близко. Через три дома. В один и тот же супермаркет за продуктами ходят.
- В очереди сталкивал?
- Все как положено. И сверх инструкции, на автобусной остановке. В праздники.
- Линии судьбы проверял?
- Да совмещаются! В том-то и дело... Это такой город... такой образ жизни... ну не могу я больше, шеф! Невыполнимое задание!
- Разговорчики! Где твой список сильнодействующих средств?
- Вот он, шеф. Грипп с температурой и бредом. Вывих, перелом. Автомобильная авария. Банкротство. Пожар. Беспорядки на улицах. Финансовый кризис. Гражданская война...
- Достаточно, тормози... Двести восемьдесят пятый подобный доклад! Совсем разучились работать!!! Знаешь что, свяжись с параллельным потоком. Во имя Любви на крайние меры разрешение считай полученным! . Только выбирай что-то одно.
- Есть....выбирать что-то одно!
Когда-то давно старик открыл своему внуку одну жизненную истину:
— В каждом человеке идет борьба, очень похожая на борьбу двух волков. Один волк представляет зло: зависть, ревность, сожаление, эгоизм, амбиции, ложь. Другой волк представляет добро: мир, любовь, надежду, истину, доброту и верность. Внук, тронутый до глубины души словами деда, задумался, а потом спросил:
— А какой волк в конце побеждает? Старик улыбнулся и ответил:
— Всегда побеждает тот волк, которого ты кормишь.
Шлейфом проникну в твой мир...
Шлейфом лунных ночей окутана,
В мир проникну я твой таинственный,
Ты о нем только шепчешь путано,
Так пусть буду я в нём единственной,
Кто увидит, где шито - латано...
Где свирель расплескала искренне,
Что мальчишкой во сне загадано...
Наполняясь тобою истинным,
Разреши утонуть мне в нежности,
Беззащитно коснувшись взглядами...
А над нами небо - безбрежностью,
Где желания - звездопадами...
Слышишь, черт побери? Я хочу тебе сниться, Прикасаться сухими губами к запястью, Пить с ладони туман с ароматом корицы, От дрожания век рассыпаться на части. Извини за письмо, это я не нарочно. Перепутали пальцы и время, и место, Собирая бессонницы в смутный подстрочник К неизвестно зачем зарифмованным текстам. Те, кто лечит мне душу, по-своему правы, Но - причем здесь любовь? И звучит-то нелепо. Это просто... не знаю - как выпить отравы, Проводив брудершафтом сгоревшее лето. Ночь - подкрашенный шарик пустого плацебо, И коньяк не спасает от странной болезни. Самолетик бумажный в эмалевом небе Прочь уносит мои не рожденные песни О тебе
Сегодня я тебя коснулся, И сон я вижу, хоть и проснулся, В бескрайних пламени огней, В твоих объятьях крепких сжат, Впиваясь жадно в спину, Говоришь "быстрей", с тобой я не сгину, Мы сгинем вместе, в бесконечности морей, Пылких белых простыней твоей постели, Что так безумством манит, Обоих нас не отпускает. Ты бесподобна в своей роли, И пылкость чувств не остывает, Безудержно стремясь добиться, Твоим крикам полностью открыться, Обвиваясь мокрыми телами, Не укрываясь простынями, Что на столь заводит, И тело сильно сводит, но не больно, И бьется пульс не произвольно, Неужели я с тобой, Наша мечта стала возможна, Утонуть в друг друга стонах, Напоить друг друга смело, Пусть сегодня грешно мое тело, Не излагая оправданий в строках, И в звездном небе мы теряем, Земной обыденности слово, С тобой в откровенную игру играем, И нет, к чему добавить слога....
Игриво смотришь мне в глаза,
Пробуждая чувство быть желанной,
Наповал огнём сражаешь,
В руках твой образ долгожданный.
Вне всякого сомнения,
Ты не решаешь отдаваться,
А отдаешься вне бессмысленных забвений,
Желая насладиться, упоиться,
Глубокого колодца чистой воды напиться,
Выжимая пылких рвений соки,
Страстно соблазнить и соблазниться,
И ни к чему нам лишние уроки,
Когда исходит из тебя,
Вкус бархатного миндаля,
И тяжело твое дыхание,
Но как приятно наслаждаться,
И не бессмысленны старания,
Удовлетворить стремиться и стараться,
Твоим телом сладко забавляться,
В бессилии радость находить,
И бледность твоих губ залить,
Сочным сказки поцелуем,
Пальцами впиваясь в твои бёдра,
Быть в тебе, стонать столь звонко, пёстро,
Обнимая бархатную грудь,
Только моей сегодня будь.
Ты ходишь по квартире без всего. Ты голая. И возбуждает это Какого-то серьезного поэта, Вернее возбуждает часть его. Зачем ты без одежды целый день? Скажи, вот если ты, допустим, Муза, То где твои возвышенные узы? И где твоя оправданная лень? К чему, в конце концов, склоняешь ты? И намекаешь обнаженным видом? Откройся, никому тебя не выдам, Пусть даже ты – богиня красоты. Мелькает треугольник женских тайн… Я посвящу ему такие строки! Я буду добродетельным и строгим А ты, о, Муза, продолжай, летай! Ты молча улыбаешься в ответ, Тебе, наверно, просто жарко летом. А глупостям наивного поэта Сегодня больше оправданий нет!